7 апреля 2026 года, в Великий Вторник, праздник Благовещения Пресвятой Богородицы, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил Литургию в Благовещенском храме Никольского женского монастыря.
Его Преосвященству сослужили: протоиерей Александр Бочков, протоиерей Александр Смирнов, протоиерей Валентин Медведев, протоиерей Владимир Жилкин, протоиерей Геннадий Архипов, священник Игорь Мухин, священник Дионисий Елистратов, протодиакон Николай Мальцев, диакон Владимир Принёв, диакон Алексей Герасимов, диакон Олег Юрков, диакон Даниил Булычев.
На малом входе указом Святейшего Патриарха Кирилла к празднику Святой Пасхи 2026 года священник Игорь Мухин, клирик Никольского женского монастыря, был удостоен права ношения наперсного креста с украшениями.
По окончании богослужения владыка обратился к собравшимся:
— Дорогая матушка Евстолия, дорогие отцы, братья и сёстры!
Сердечно поздравляю вас с Благовещением Пресвятой Богородицы!
Нынешний праздник, как о том говорит праздничный тропарь, — основа нашего спасения. Благовещение можно сравнить с фундаментом здания, и, конечно же, фундамент и основа — это не само событие, это Пресвятая Дева и Её реакция на ангельскую весть.
В церковной проповеди мы очень часто слышим о спасении. О Христе мы говорим как о Спасителе. У спасения есть сразу несколько определений, которые говорят и о действии Пресвятой Троицы, и о действии Сына Божиего, и о действии самого человека; упоминают они и помощь святых. Если же подвести черту под этими определениями, то можно сказать так: спасение — это восстановление единства человека и Бога. Достигается же оно совместным усилием Бога, человека и святых.
Почему же о Благовещении мы говорим как о начале нашего спасения? Ведь если следовать Священному Писанию Ветхого Завета, то спасение началось с самого момента грехопадения — тогда, когда Бог не оставил человека в порабощении греху, а начал кропотливый труд по его возвращению к первозданному состоянию. Именно так — как целенаправленный неусыпный труд Бога по восстановлению человека — мы понимаем Ветхий Завет, и в этой перспективе обретают свой конечный смысл все ветхозаветные действия Бога. Так почему же сегодня мы как будто бы отбрасываем весь этот непростой и длительный период, утверждая, что начало спасения — Благовещение?
Ответ кроется в личности Пресвятой Девы.
В ней Ветхий Завет достиг своей полноты, весь тот процесс, о котором повествуют библейские книги, завершился. Человек в лице Божией Матери вернулся туда, откуда он ниспал, — человек вернулся к Богу. Мы можем так говорить по той причине, что Пречистая стала невестой Господа. У святителя Фотия, патриарха Константинопольского, есть по этому поводу удивительные слова: «Ныне Дева от лица всего человеческого рода становится невестою общего Господа, и — человеческое естество, отвергнув союз любострастия и рабского греха, опять, после продолжительного времени, обращается к супружеской и дружеской добродетели и благоразумно, а вместе и с радостью приобретает любовь к такому сожитию. Ныне Дева приносится от людей Господу как начаток, и — чудесным образом совершается великая и от века тайна человеческого воссоздания».
Когда мы сегодня говорим о начале спасения, то мы подразумеваем его осуществление: в Благовещении оно свершилось. С того времени, во-первых, человек вновь соединился с Богом, а во-вторых, миссия Ветхого Завета закончилась — он выполнил то, что должен был выполнить, он дал человечеству Пресвятую Деву.
Так как спасение осуществилось в Пресвятой Деве, то Церковь неуклонно и непрестанно призывает нас обращать как можно больше внимания на Её духовный облик и молиться, дабы Она открыла нам путь ко спасению. Этот путь состоит в уподоблении Божией Матери в Её совершенном бесстрастии. И речь идёт, конечно же, не про отсутствие эмоций, речь — про отсутствие порабощающих душу страстей. Некоторые страсти мы считаем невинными, некоторые — естественными, а некоторые и вовсе похвальными. Если же мы всмотримся в евангельский образ Пречистой Девы, то увидим, что у Неё вовсе не было никаких страстей, Она всегда действовала разумно, и разум Её не был чем-либо помрачён.
Всё тот же святитель Фотий отмечал, что Её совершенная бесстрастность проявила себя и у Креста: тогда, когда любая другая мать была бы близка к умопомрачению, Божия Матерь сохраняла самообладание, основа которого — совершенная преданность Богу. Эти слова святителя Фотия звучат так: «Самое сердце своё связавши, как некоторого страшного зверя, бесстрастием ума, как бы неразрывными узами, она крепостью своих помыслов всю душу свою соделала священным храмом кротости и никогда не обнаруживала проявления отваги, никогда не возгордилась и даже не произнесла ни одного слова порицания и негодования во время страдания Господа, при котором она присутствовала, тогда как матери, при подобных страданиях своих детей, обыкновенно выражают свою скорбь».
Такое доверие Богу, такая преданность Ему — это то, что стало основанием нашего спасения. Пусть же молитвами Пресвятой, Пречистой, Преблагословенной Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии Всемилостивый Господь подаст нам силы для победы над связавшими нас страстями, дабы и мы обрели спасение во Христе Иисусе, Господе нашем!
