28 февраля 2026 года, в канун Недели 1-й Великого поста, Торжества Православия, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил всенощное бдение во Владимирском кафедральном соборе.
По окончании богослужения владыка обратился к верующим:
— Дорогие друзья, поздравляю вас с наступающим воскресным днём!
Согласно взгляду Священного Писания, человек — совершенно уникальное существо, он одновременно принадлежит двум мирам — миру духовному, и миру физическому. Если игнорировать первое или второе, то мы придём к внутреннему кризису и многим бедам. Эту закономерность заметил ещё пророк, псалмопевец и царь Давид, о ней он поэтически высказался в своем 38-м псалме.
В Соборном послании апостола Иакова есть очень важные слова: «Язык — небольшой член, но много делает. Посмотри, небольшой огонь как много вещества зажигает! И язык — огонь, прикраса неправды; язык в таком положении находится между членами нашими, что оскверняет всё тело и воспаляет круг жизни, будучи сам воспаляем от геенны» (Иак. 3, 5–6). Царь Давид прекрасно понимал то, что позже выразил апостол Иаков, а потому царь избирал молчание: «Я сказал: буду я наблюдать за путями моими, чтобы не согрешать мне языком моим» (Пс. 38, 1). Судя по всему, молчание псалмопевца было молчанием окружённого врагами человека, он не хотел, чтобы его слова были неправильно интерпретированы, не хотел, чтобы кто-то пострадал из-за его слов. Однако далее он заметил нечто странное: «Я был нем и безгласен, и молчал даже о добром; и скорбь моя подвиглась» (Пс. 38, 3). Давид молчал, а его скорбь усиливалась.
Здесь, судя по всему, идёт речь о том, что царь молчал о благодеяниях Божиих. Он не составлял псалмов и гимнов, он не реализовывал данный ему от Бога талант. Оказалось, что молчание молчанию рознь, и о благодеяниях Божиих нельзя не свидетельствовать. Если же посмотреть шире, то можно сказать, что такое молчание — это один из видов отдаления человека от Бога. Именно так его понимают некоторые современные исследователи Псалтыри: «Человек, не свидетельствующий о Боге тогда, когда такое свидетельство необходимо, постепенно утрачивает полноту жизни, которую даёт богообщение». С этой мыслью сложно не согласиться. Действительно, богообщение может быть опасным, к примеру, в условиях гонений, но то состояние, в которое приходит отказывающий от общения с Богом человек, значительно опаснее. Да, его тело будет в комфорте и покое, но душа начнёт страдать, и жизнь превратится в муку. Такое положение дел — это следствие двойственности нашей природы; если тело может существовать в относительной автономии от Бога, то душа — нет, она подобна ангелам, она нуждается в непрестанном богообщении, если же этого по какой-то причине не происходит, то вслед за упомянутой Давидом в псалме усиливающейся скорбью приходит расчеловечение.
Дай же Бог, чтобы мы об этом не забывали, и, чтобы наши души всегда получали то, без чего они не могут жить, — общение со своим Творцом!
