В канун дня преставления блаженного Михаила Переславского епископ Феоктист совершил Литургию в Троицком храме села Троицкая Слобода Переславского района

7 марта 2024 года, в канун дня преставления блаженного Михаила Переславского — Миши-Самуила, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил Литургию в храме Живоначальной Троицы в селе Троицкая Слобода Переславского района, у стен которого похоронен подвижник.

Его Преосвященству сослужили: секретарь Переславского епархиального управления протоиерей Александр Передернин, настоятель храма священник Олег Калинкин, протоиерей Алексей Морозов, благочинный Плещеевского округа священник Илия Лунгу, протоиерей Андрей Уфимцев, иеромонах Илия (Кропанов), священник Виталий Сышев, священник Алексей Великанов, диакон Алексей Герасимов, диакон Сергий Танчинец.

По окончании богослужения владыка обратился к верующим:

— Дорогой отец Олег, дорогие отцы, братья и сёстры!

Сегодняшнее рядовое евангельское чтение перенесло нас в самый, пожалуй, трагический день в мировой истории — в день суда над Господом нашим Иисусом Христом, который закончился Его Распятием. Мы услышали отрывок из 15-й главы Евангелия от Марка, в котором говорилось о суде над Христом у Понтия Пилата, и не может не обращать на себя внимание, что Господь на этом суде хранил молчание. В сегодняшнем евангельском отрывке мы услышали лишь одно слово Христа, сказанное им на арамейском языке, и которое переводится на русский двумя словами: «Ты говоришь» (Мк. 15, 2).

Это и не положительный, и не отрицательный ответ, это молчание. Зачастую молчание выражает то, что невозможно выразить словами. Можно вспомнить о молчании изумления и восхищения, когда, к примеру, после выступления гениального пианиста, зал не может рукоплескать, но молчит в оцепенении; можно вспомнить о молчании страха, когда страх заставляет человека промолчать о том, о чём необходимо сказать; бывает презрительное молчание, которым реагируют на заявление такого качества и свойства, отвечать на которое ниже человеческого достоинства; бывает оскорблённое молчание, молчание, которое выше всех возможных гневных реплик и упрёков. Молчание Христа на суде у Пилата было трагическим молчанием. Трагедия же заключалась в самой личности Понтия Пилата.

Тот факт, что Пилат пытался отпустить Христа на свободу, зачастую делает из этого человека в наших глазах положительного героя. Есть однозначно отрицательные члены синедриона, а есть Понтий Пилат, — человек, который пытался сделать что-то доброе. Во всяком случае, на словах. Однако исторические хроники придерживаются об этом человеке совершенно иного мнения. Так, современник Пилата Филон Александрийский характеризовал его как жестокого и продажного чиновника, на совести которого многие казни, совершённые без всякого суда. Слова Филона подтверждаются и словами иудейского царя Агриппы I из письма к императору Калигуле, вот что можно прочитать о Понтии Пилате в этом письме: «Подкуп, насилия, разбойничество, дурное обращение, оскорбления, непрерывные казни без вынесения судебного приговора и его бесконечная и невыносимая жестокость». То, о чём сказано в Евангелии, в полной мере соответствует этому портрету Пилата. Он не стал вдаваться в подробности, не стал разбирать доказательства, не стал созывать законный суд, ему хватило подготовленных синедрионом обвинений, чтобы признать Христа виновным и дальше уже обращаться с Ним, как с осуждённым преступником. Попытки отпустить на свободу — это не более, чем дань традиции, Пилат вовсе не собирался настаивать на своём предложении отпустить именно Христа.

Понтий Пилат, пятый, после смещения Архелая, римский префект Иудеи и Самарии, заставил Бога замолчать собственной человеческой слабостью, выраженной во множестве грехов.

Понимая это, нам стоит задаться вопросом: а не заставляем ли мы сами молчать Бога? Нет ли между нами и Им стены, которую мы воздвигли, и которая делает Бога немым, через которую Бог попросту не слышен? Такую стену мы зачастую выкладываем из маленьких кирпичиков наших грехов, иногда мы используем бетонные плиты — так называемые смертные грехи, от которых мы не умираем, но становимся абсолютно глухими и невосприимчивыми к словам Христа, к любым проявлениям духовной жизни и к действию благодати Божией. Постараемся же разрушить уже воздвигнутое и не строить нового, ведь слова Христа — это слова Жизни. И нам надо их слышать.

Похожие публикации