Вечером в праздник Рождества Христова епископ Феоктист молился за вечерним богослужением в Даниловом монастыре

свящ. Михаил Васильковский, свящ. Сергий Савенков
Фото

Вечером 7 января 2024 года, в праздник Рождества Господа и Спаса нашего Иисуса Христа, епископ Переславский и Угличский Феоктист молился за вечерним богослужением в Свято-Троицком Даниловом монастыре.

Богослужение совершил клирик монастыря игумен Александр (Широких).

Во внимание к трудам на благо Святой Церкви диакон Владимир Принёв, клирик храма прп. Симеона Столпника г. Переславля-Залесского, был удостоен медали прп. Даниила Переславского III степени.

По окончании богослужения владыка обратился к молящимся:

— Дорогие отцы, матушки игумении, братья и сёстры!

Сердечно поздравляю вас всех с Христовым Рождеством!

Не знаю, дорогие друзья, замечали ли вы, но в нашем богослужении есть те слова и выражения, с которыми хочется поспорить, ну или, как минимум, их дополнить. Есть такие фрагменты и в богослужении Рождества Христова.

Так, одна из стихир вечерни нынешнего праздника задаётся вопросом о том, что мы можем принести Воплотившемуся ради нашего спасения Богу. Далее стихира перечисляет то, что в качестве даров было принесено ангелами, небесами, волхвами, пастухами, землёй и пустыней. Однако вопрос о нашем приношении стихира тоже не оставляет без ответа, при этом она не делает тот ход, который можно было бы ожидать, она не говорит, что таковым приношением должны быть, к примеру, наша вера, наша чистота сердечная или же благодарность, нет, стихира констатирует, что наше приношение — это Сама Пречистая и Преблагословенная Дева Богородица.

Такой подход выглядит довольно странно, ведь получается, что волхвы, которые принесли всем известные дары, и пастухи, которые, по мысли стихиры, принесли удивление, как будто бы стоят вне всего остального человечества. Это во-первых, а во-вторых, Божия Матерь — дар Богу от того человечества, которое жило до Христова Рождества, и мы здесь как будто бы ни при чём, и, говоря, что Она и наш дар тоже, мы присваиваем себе то, что, как кажется, не может быть нами присвоено.

Эти рассуждения можно было бы продолжить, если бы не одно чрезвычайно важное обстоятельство: богослужебные тексты — это не просто возвышенная поэзия, это, в первую очередь, выражение веры Церкви, а потому спорить с ними довольно опасно, они существует не для их критики, а для их осмысления и для дальнейшего постижения церковного вероучения. Следовательно, нам стоит признать, что Божия Матерь действительно тот единственно возможный дар, который мы способны принести пришедшему в мир Спасителю, и, признав это, попытаться сделать кое-какие выводы.

Конечно, каждый из нас может по-разному трактовать слова упомянутой рождественской стихиры, и я хочу поделиться тем пониманием, к которому пришёл я.

Мы знаем, что Церковь прославляет Божию Матерь как «честнейшую херувим и славнейшую без сравнения серафим», то есть как Ту, Кто сумел стать совершенным человеком, причем под совершенством здесь понимается не то, что понимает под ним падший мир, а то, что является таковым в глазах Бога, то есть истинное совершенство, которое почти не имеет точек соприкосновения с совершенством в мирском понимании этого слова. Бесспорно, что Она — прекраснейший дар Богу, ну а нашим собственным этот дар может стать лишь в том случае, если Пречистая Дева станет для нас образцом для подражания, если и мы в меру своих способностей, подкреплённых благоволением Божиим, будем стараться обрести те же качества, которые имела и имеет Она. Первое же и базовое среди этих качеств — любовь к Богу и людям, любовь, которая не знает границ, и проявляет себя в безусловном подчинении своей воли воле Божией.

В итоге же получается, что именно любовь и есть тот дар, который мы можем принести пришедшему в мир Спасителю. Дай Бог, чтобы у нас получилось это сделать!

Похожие публикации