В праздник изнесения честных древ Животворящего Креста Господня епископ Феоктист совершил Литургию на подворье Никольского монастыря в Годеново

свящ. Сергий Савенков
Фото

14 августа 2023 года, в праздник изнесения честных древ Животворящего Креста Господня, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил Литургию в храме святителя Иоанна Златоустого на подворье Никольского женского монастыря в селе Годеново Ростовского района.

По окончании богослужения владыка обратился к верующим:

— Дорогая матушка Евстолия, отцы, братья и сёстры! Поздравляю вас с днём празднования изнесения честных древ Животворящего Креста Господня и с началом Успенского поста!

В Евангелии немало тех слов Христа, которые были обращены к совершенно конкретным людям по тем поводам, о которых мы сегодня имеем лишь самое общее представление. К таким евангельским местам неизбежно возникают вопросы: а как нам их понимать? И вообще стоит ли обращать на них особое внимание, если они имели лишь частное значение? С церковной точки зрения, любое Христово слово — назидательно и никогда не утратит свой смысл, оно будет актуально для всех поколений христиан. Церковь этот принцип использует по отношению вообще к любому отрывку Священного Писания: всё Писание имеет смысл, а понимание зависит от используемого метода толкования. Сегодня за Литургией прозвучал отрывок из 23-й главы Евангелия от Матфея. Этот отрывок как раз из тех, которые были обращены не к человечеству вообще, а к совершенно конкретным людям.

«Книжники и фарисеи» — вот те люди, к которым обращался Христос. Книжники и фарисеи представляли собой две религиозных партии Древнего Израиля, в настоящее время они не существуют, как не существует и Древний Израиль. Конечно, у нас довольно много исторических сведений об этих людях, так, мы знаем, что и первые, и вторые в высшей степени трепетно относились к Пятикнижию Моисея, к книгам пророков, к учительным библейским книгам и к толкованиям авторитетных раввинов. И первые, и вторые всеми силами стремились исполнять библейский закон во всей его полноте, они стремились ни в чём не нарушить постановления книг Моисея. Проблема же заключалась в том, что мир изменился. Мир Пятикнижия — это одно, мир Израиля эпохи владычества Римской империи — совсем другое. Моисей давал свои разъяснения закона Божия в одной политической, экономической, социальной и технологической обстановке, а книжники и фарисеи жили в другой. Конечно, они это прекрасно понимали, понимали они и то, что очень многие законы с течением времени могут утратить свою актуальность, но при этом закон Божий непреложен и его каким-то образом надо исполнять, следовательно, надо найти некое новое прочтение закона, такое, которое соответствовало бы реалиям изменившегося мира. И эти люди находили такое прочтение. К сожалению, иногда оно было довольно причудливым, и искажало суть библейского закона настолько, что за этими искажениями смысл закона переставал быть виден.

Возвещая горе книжникам и фарисеям, Христос упомянул лишь некоторые искажения божественного закона.

К примеру, Он упомянул клятву золотом храма и самим храмом. Храмом, с точки зрения книжников и фарисеев, клясться было можно, а золотом — нет. Если мы заглянем в книги Моисея, то нам в общих чертах станет понятным откуда проистекало такое воззрение: во время жизни Моисея и несколько столетий после него у израильского народа вовсе не было никакого храма, а самой главной святыней был Ковчег Завета. Этот Ковчег был богато украшен драгоценными металлами, исследователи Библии спорят относительно того, был ли он полностью золотым, но никто не подвергает сомнению его общую немалую стоимость. Относительно Ковчега Завета существует немало постановлений Моисея, суть же их можно свести к тому, что Ковчег — высшая сакральная ценность, об этом должно было свидетельствовать и само его техническое исполнение с украшением. Но Ковчег Завета бесследно исчез во время завоевания Иерусалима Вавилоном, соответственно, его не было в том Иерусалимского храме, который посещал Христос и Его современники. В этой ситуации возник вполне закономерный вопрос: а что считать самой главной святыней? Дальнейший ход мысли можно реконструировать так: если Ковчег был золотой, то и основная святыня — золото храма. Вроде бы всё стройно. Но за этой стройностью исчезло понимание того, что Бог не в золоте, и даже не в храме, при том, что именно храм в ситуации отсутствия Ковчега стал основной святыней израильского народа.

Конечно, к нам это всё не имеет прямого отношения, Христовы слова призваны напомнить, что подобные искажения восприятия святыни могут произойти с любым человеком и в любую эпоху, а потому надо в высшей степени внимательно относиться к тому, что мы для себя самих определяем как святыню. А потому возникает вопрос: а что мы сегодня определяем как главную святыню? И что мы определяем как главную святыню, находясь здесь — в Златоустовском храме села Годеново? Наверняка, первое, что приходит в голову — это Животворящий Крест. И, действительно, он является святыней. Но главной ли? Если вдуматься, то любой Крест — это лишь символ, символ победы Христа над адом и смертью, символ возрождения человечества по образу Создавшего его, то есть по образу Бога, а потому вне зависимости от нашего местоположения основная святыня — это Сам Бог и Его слово. Хорошо бы нам всем об этом помнить, и, подходя ко Кресту, возносится мыслью к Распятому на нём Господу нашему Иисусу Христу в стремлении исполнять Его спасительные заповеди!

Похожие публикации