9 мая 2026 года, в канун Недели 5-й по Пасхе, о самаряныне, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил всенощное бдение во Владимирском кафедральном соборе.
По окончании богослужения владыка обратился к верующим:
— Дорогие друзья, Христос воскресе!
Суда мы боимся, особенно же суда Божия. Сам термин «Страшный Суд» пугает, и требовать от Бога суда кажется чем-то совершенно неразумным. Тем не менее в 25-м псалме мы видим именно это: псалмопевец требует суда у Бога, и суда не над кем-то, а над самим собой. Вот его слова: «Рассуди меня, Господи, ибо я ходил в непорочности моей, и, уповая на Господа, не поколеблюсь» (Пс. 25, 1).
В мире мы видим много несправедливости, много горя и боли, много того, что нуждается в исправлении. Вместе с этим мы понимаем, что исправить всё должным образом может только Бог.
Это ощущение — ощущение неправильности происходящего вокруг нас — не какое-то новое, так было всегда: люди всегда чувствовали необходимость приведения мира в порядок. Чувствовал это и автор 25-го псалма — царь и пророк Давид. В его устах суд — это не то место, где выискивают вину, сопоставляют найденное со сводом законов и выносят вердикт. Он говорит о совершенно ином суде — том суде, который восстанавливает гармоничный миропорядок. Собственно, у любого суда подразумевается и такая функция, но всякий суд, кроме Божиего, несовершенен, а потому иногда вместо приближения к гармонии он вносит лишь ещё большую сумятицу и вместо восстановления справедливости попирает её.
Божий суд иной: он ничего не нарушает, он всё расставляет по своим местам. Этого суда Давид и жаждет.
Вместе с этим он понимает, что гармония, порядок и справедливость — прекрасные слова, но только хороши они лишь до той поры, пока человек считает себя самого гармоничным, порядочным и справедливым. Если же в очах Божиих он таковым не окажется, то ему придётся несладко. Следовательно, тот, кто жаждет установления Божиего миропорядка, должен приготовиться к действиям Бога: он должен начать с самого себя, должен сделать так, чтобы в нём не обнаружилось ничего такого, что входило бы в конфликт с установлениями Божиими.
Давид утверждает, что его требование суда Божия — это не опасная блажь и не бред сумасшедшего. Царь совершенно уверен в себе, а потому он указывает на собственную непорочность. Он убеждён, что Бог, испытав его, не обнаружит в Давиде никакой скверны, ведь повеления Божии — это то, чем царь всегда жил. Из исторических книг Ветхого Завета мы знаем, что Давид не лукавил, говоря о себе самом в прозвучавшем сегодня псалме. Давид действительно был непорочным большую часть своей жизни, он всеми силами старался ни в чём не согрешать пред Богом, а потому было время, когда он мог с чистым сердцем требовать у Бога суда — требовать, чтобы Бог пришёл и привёл мир в порядок, вернул Своё творение к гармоничному состоянию.
Того же самого жаждет и любой другой человек. Давид своим примером показал, что нужно сделать для обретения миром Богом данной гармонии: надо начать с приведения в порядок своей жизни, надо взойти на ту высоту, на которой суд Божий перестанет нас пугать и станет вожделенным.
