13 сентября 2020 года, в Неделю 14-ю по Пятидесятнице, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил Литургию в Николо-Сольбинском женском монастыре.

По окончании богослужения владыка совершил благодарственный молебен по случаю годовщины возведения настоятельницы обители матушки Еротииды (Гажу) в игуменское достоинство, а затем обратился к ней со словами поздравления:

— Дорогая матушка Еротиида, сердечно поздравляю Вас и сестёр обители с памятным днём — днём возведения Вас в сан игумении!

Вы очень многое успели сделать за минувшие 17 лет, все те, кто посещает Николо-Сольбинский монастырь, свидетели успеха несения Вами возложенного на Вас Богом послушания. Мне думается, что сегодняшняя Христова притча замечательно подходит к нашему торжеству.

Из истории культуры Израиля времен земной жизни Христа известно, что особая одежда, которую Господь в Своей притче называет «брачной», выдавалась приглашённым на свадебный пир при входе. Поэтому нет ничего странного в том, что царь задает вопрос об одежде тому, кто был приглашен на пир в последнюю минуту и потому не мог заранее должным образом приготовиться. Проблема в том, что этот человек по какой-то причине отказался от предложенной ему брачной одежды, а не в том, что царь ведёт себя как самодур.

Авторитетные толкователи едины во мнение, что эта притча посвящена взаимоотношениям Бога и народа Израиля. Блаженный Феофилакт пишет, что «эта притча изображает неверие иудеев», а святитель Иоанн Златоуст говорил, что «эта притча […] предвозвещает отпадение иудеев и призвание язычников и, кроме того, показывает правильный образ жизни, и то, какая казнь ожидает беспечных». С неверием и отпадением иудеев все понятно, эта тема нынешней притчи не имеет для нас особенного актуального значения, она была обращена к другим людям совсем другой эпохи. Но упомянутый «правильный образ жизни», который выражен в притче эпизодом с брачной одеждой, имеет к нам самое прямое отношение. Мы — христиане из язычников — как раз и есть те самые люди с дорог, «злые и добрые». Мы откликнулись на призыв вестников царя, мы вошли на брачный пир и теперь именно к нам адресован вопрос о подходящей случаю одежде, которая каждому предлагалась при входе на пир и от которой была возможность отказаться. Взяли мы её или предпочли войти без неё? И что означает эта одежда, если перейти от аллегории к практике?

Здесь снова нужно обратиться к мыслям святых толкователей. Всё тот же святитель Иоанн Златоуст полагал, что речь идёт об отсутствии чистой жизни, то есть о том, что есть те, кто, став христианином, продолжает вести прежнюю жизнь, наполненную грехом, тогда как знает о её недопустимости и имеет возможность жить иначе. А святитель Григорий Двоеслов полагал, что брачная одежда — это христианские добродетели, которые мы так же имеем возможность совершать, но далеко не всегда хотим поступать таким образом, опять же, несмотря на знание о них. Евфимий Зигабен писал, что отсутствие брачной одежды — это отсутствие сострадания, доброты и братолюбия. Перечисление авторитетных мнений можно продолжать, но суть их вполне ясна: то, что в притче символизирует собой брачная одежда, даётся нам при крещении. Но даётся как возможность, как некая потенция, никто не навязывает нам христианские добродетели, при том, что у нас есть внутренняя сила, данная Богом, их проявлять и актуализировать в своей жизни. Этого ждёт от нас Бог и если Он не дождется, то тогда сбудутся последние грозные слова сегодняшний Христовой притчи: «Тогда сказал царь слугам: связав ему руки и ноги, возьмите его и бросьте во тьму внешнюю; там будет плач и скрежет зубов; ибо много званых, а мало избранных» (Мф. 22, 13-14).

У Вас, матушка, есть и любовь, и сострадание, и доброта. Вы облеклись в «брачную одежду» и не снимаете её, Вы готовы дать ответ Царю. Очень надеюсь, что Ваша готовность не ослабеет с годами, которые, уповаю, будут долгими!

Затем состоялся праздничный концерт воспитанниц монастырской «Доброй школы на Сольбе».