24 апреля 2019 года, в канун Великого Четвертка — дня воспоминания Тайной Вечери, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил утреню во Владимирском кафедральном соборе.

По окончании богослужения владыка обратился к молящимся:

— Дорогие отцы, братья и сестры! Сердечно приветствую, с Великим Четвергом!

Вы помните, что этот день посвящен установлению Таинства Евхаристии, Тайной Вечери и омовению ног учеников Христом. Мы с вами сегодня слышали рассказ из Евангелия от Луки. Там есть очень любопытный эпизод, почти детективный, о том, как Господь избирал место, горницу, где совершить Тайную Вечерю.

Мы слышали, что он говорит Петру и Иоанну: «при входе вашем в город встретится с вами человек, несущий кувшин воды; последуйте за ним в дом, в который войдет он, и скажите хозяину дома: Учитель говорит тебе: где комната, в которой бы Мне есть пасху с учениками Моими? И он покажет вам горницу большую и устланную; там приготовьте» (Лк. 22, 12). Целый детективный сюжет, и это довольно странно. Толкователи говорят, что это связано с присутствием Иуды среди учеников. Если бы Господь сказал точный адрес, где будет совершать пасху, то Иуда мог бы туда прислать воинов, легионеров, чтобы они взяли Христа. Но Господу было очень важно провести этот последний вечер с учениками.

Очень важно было и само по себе Таинство Евхаристии, которое мы по преемству совершаем, и та беседа, которая состоялась с учениками в этот вечер. Если мы еще посмотрим Евангельский текст, то убедимся в том, что и так знаем, исповедуем, что нет более важного для нас Таинства, чем Таинство Литургии и Евхаристии. Не только с точки зрения приобщения ко Христу телесно, но и с точки зрения научения истинам веры. Именно в этот вечер во время таинства Господь открыл то, о чем говорил ранее. Это первый момент.

Второй момент. Апостол Лука однозначно говорит о том, что Иуда за Тайной Вечерею причастился Тела и Крови Христовой. Апостолы Марк и Матфей не дают однозначного ответа на этот вопрос. Апостол Иоанн вообще умалчивает и не описывает Тайную Вечерю так, как описывают три первых евангелиста. Но наше богослужение однозначно идет вслед за Лукой, который говорит, что Иуда причастился, и после Причащения в него вошел сатана, и он пошел делать то, что задумал.

Очевидно, что он причастился недостойно, и здесь нужно подумать, что такое недостойное и что такое достойное причащение, потому что очень много может быть различных мнений. Мне кажется очевидным, что исповедание всех возможных грехов, в том числе и самых незначительных, не делает нас достойными участниками Евхаристии.

Думается, что мы причащаемся в осуждение тогда, когда имеем при этом дурные замыслы против ближнего человека. Глядя на пример бывшего апостола Иуды, можно сделать вывод, что именно это делает нас недостойными причащения.

Дай Бог, чтобы мы с вами помнили, что нет более важного, со всех точек зрения, Таинства, чем Таинство Евхаристии, и старались как можно чаще приступать, при этом, не имея в своем уме дурных, лукавых мыслей о ком бы то ни было.