6 августа 2020 года, в день памяти святых благоверных князей и страстотерпцев Бориса и Глеба, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил Литургию в Борисоглебском мужском монастыре.

По окончании богослужения владыка обратился к верующим:

— Поздравляю вас с днём памяти святых страстотерпцев Бориса и Глеба, которым посвящён этот монастырь и этот храм.

Сегодня Церковь для нашего назидания избрала отрывок из послания апостола Павла к Римлянам, который заканчивается словами: «Ничто нас не может разлучить от любви Божией» (Рим. 8, 35). Я думаю, что эти слова прекрасно знает каждый христианин. Из них можно сделать вывод о том, что тот человек, который пребывает в любви Божией и чувствует себя любимым, делается нечувствительным к любому негативу, который происходит вовне. В большинстве случаев он его даже не замечает, а если и замечает, то это не оказывает на его душу определяющего влияния.

Мы считаем себя христианами и находимся в Церкви, но мне вспоминается случай из моей священнической практики, который может послужить отличной иллюстрацией. Я думаю, что у любого священника рано или поздно происходят похожие ситуации. В то время я был настоятелем в московском храме. Была суббота, я служил один, помогающего священника не было. Кто-то исповедовался вечером накануне, кого-то я исповедовал перед Литургией и вышел исповедовать перед причастием. Было довольно много людей, в том числе и детей, поэтому исповедь длилась довольно долго.

Последней подошла женщина, которую я видел впервые. Вид её был весьма благостным, глаза светились. Она подошла на исповедь и достала несколько листов формата A4, исписанных мелким почерком с обеих сторон, и собралась всё это прочитать. Я спросил: «Что это такое?» Она ответила, что была у одного батюшки, и он сказал ей так сделать. Я предложил ей пойти с этой исповедью к тому священнику, который это посоветовал, но она сказала, что Церковь у нас единая, и она хочет исповедоваться в этом храме:

— Смотрите, в церкви много людей, дети уже устали и капризничают. Весь храм будет вас ждать. Ваши листочки здесь и сейчас — это неуважение к этим людям. А если нет уважения, то как мы можем говорить о любви и христианстве?!

В тот момент, когда я сказал ей о неуважении к людям, благость её покинула, глаза совершенно изменились. Я предложил перечислить грехи с последней исповеди, благословил её причаститься, если она готовилась, и пообещал после службы выслушать её исповедь любой длины. Она согласилась, рассказала грехи, я прочитал разрешительную молитву, она причастилась и, не подходя к столику с запивкой, не оборачиваясь вышла из храма. Я её больше никогда не видел. Не удивлюсь, если узнаю, что она рассказывает о том, как жестоко и несправедливо с ней обошлись в храме, сокрушаясь, что она потрудилась, а ей не дали возможность поисповедоваться. Про эту женщину я не знаю наверняка, но могу сказать про себя.

Как-то раз я обратил внимание, что на протяжении нескольких дней я был совсем без настроения. Вроде всё хорошо, но мне грустно. Что-то меня гложет. Я стал вспоминать, что произошло и отчего испортилось моё настроение. Вспомнил. Оказывается, я прочитал какой-то неприятный для себя комментарий в интернете. Представляете? Прочитал и на три дня загрустил. О чём это говорит? О том, что наша благость, ровное и радостное настроение быстро пропадают, если услышать что-то для себя неприятное. Пока мы человека хвалим и хорошо к нему относимся, он нам улыбается, если же слышит в свой адрес что-то неприятное, всё — человек уже грустный, ему плохо. Он уже не чувствует себя причастником Божией любви.

Всё это я говорю к тому, чтобы показать глубину подвига святых Бориса и Глеба. Они столкнулись не с каким-то неприятным словом, а с убийством, которое шло от руки брата, и при этом они не осуждали и не проявляли какого-то ропота. Они не испытывали злобу по отношению к брату. Было лишь недоумение, но была также и любовь, которая не побеждается внешним, потому что это была по-настоящему любовь к Богу, а не тот суррогат, который мы часто принимаем за неё. Я очень надеюсь, что молитвами этих первых русских святых и молитвенным вниманием к их подвигу мы научимся различать, что есть любовь Божия, а что есть выдумка, и будем постепенно восходить к той любви, которую уже ничто не может поколебать.