4 августа 2020 года, в день памяти преподобного Корнилия Переславского, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил Литургию в Никольском женском монастыре, где пребывают мощи святого.

По окончании богослужения владыка обратился к верующим:

— Дорогие отцы, братья и сестры, сердечно поздравляю вас с днём памяти преподобного Корнилия Переславского!

В конце вчерашнего дня один человек меня спросил: «На каком основании у пророков Ветхого Завета было дерзновение говорить с Богом так, как они говорили?» Вспомним, что в некоторых случаях Моисей не умолял Бога, а требовал. Мы знаем, что так вели себя не только пророки, но и некоторые новозаветные святые. В ряде случаях они не опускали смиренно глаза, боясь о чём-то спросить, а твёрдо настаивали на своём. Откуда взялось такое дерзновение?

Сегодняшнее евангельское чтение, как мне кажется, как раз даёт ответ на вопрос: как стать тем человеком, который может говорить с Богом таким образом? Для начала мы должны понять, что речь не о какой-то дерзости, а именно о дерзновении. О понимании того, что можно так действовать. В Евангелии есть беседа Христа с апостолом Петром, где он спрашивает, сколько раз нужно прощать обидчику: «Иисус говорит ему: не говорю тебе: до семи раз, но до седмижды семидесяти раз» (Мф. 18, 21-22).

Толкователи сходятся во мнении, что это число нельзя понимать как указание на конкретное количество. Это как раз указание на бесконечность актов прощения. Святитель Иларий Пиктавийский, комментируя эти замечательные слова, говорит, что «свойственные нам пороки не достойны прощения, потому прощение исходит только от Него», то есть от Христа.

Мы знаем из Евангелия и собственной жизни, что Христос прощает нам наши грехи и не ставит никаких условий, но после прощения Он говорит: «Иди и больше не греши» (Ин. 8, 11), тогда как непосредственно перед прощением Он ничего не требует. Достаточно обратиться к Нему, и Он прощает.

Если продолжить мысль святителя Илария, то получается, что прощение — это всегда Божественный акт, так как человек не может прощать. При этом Бог прощает бесконечное количество раз, и прощение, которое оказываем мы, — это лишь вхождение в этот божественный акт, присоединение к Его воле.

Если человек таким образом сопрягает свою волю с волей Бога, то у него появляется смелость открыто, честно, дерзновенно говорить с нашим Творцом. Если же этого не происходит, то и дерзновения не будет. Человек может разгорячиться и сказать некую дерзость, но такое поведение, конечно, предосудительно.

Мне бы хотелось, чтобы мы с вами, несмотря на всю сложность человеческого акта прощения, помнили, что человек сам простить не может, это делает Бог, причём делает это всегда. И наша задача в каждом конкретном случае не оказаться богоборцем, но оказаться с Ним на одной стороне — стороне прощения.

Я очень надеюсь, что молитвами преподобного и богоносного отца нашего Корнилия, мы с вами научимся это делать и будем иметь дерзновение перед нашим Творцом.