Перед началом Иринарховского крестного хода епископ Феоктист возглавил служение Литургии в Борисоглебском монастыре

20 июля 2022, в день преподобного Фомы, иже в Малеи, епископ Переславский и Угличский Феоктист совершил Литургию в Борисоглебском мужском монастыре.

За богослужением молились участники Иринарховского крестного хода.

По окончании Литургии владыка обратился к верующим:

— Дорогой отец Иоанн, дорогие отцы, братья и сёстры! Очень рад, что вы все нашли силы и возможность, чтобы быть сегодня здесь и в ближайшие дни участвовать в Иринарховском крестном ходе! Перед его началом мне хотелось бы поделится с вами кое-какими мыслями, которые можно воспринимать как напутствие на крестный ход.

Все мы придаём большое значение родственным связям. Далеко не всем повезло с родственниками, но семья во многом определяет человека. В значительно большей степени происхождение, род и семья были важны для древних израильтян. Это неудивительно, ведь именно семени Авраамову были даны Богом великие обетования, самое важное из которых в том, что Бог будет их Богом. Единый Истинный Бог, Творец Неба и земли, всего видимого и невидимого, есть и будет Богом Израиля! Этим обетованием определялось ощущение национальной исключительности и предельно внимательное отношение к собственным предкам. Всё это закладывалось с самого детства из поколения в поколение на протяжении столетий.

В сегодняшнем евангельском отрывке мы слышали разъяснении Христом Спасителем притчи о пшенице и плевелах: «Сеющий доброе семя есть Сын Человеческий; поле есть мир; доброе семя, это сыны Царствия, а плевелы — сыны лукавого; враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы суть Ангелы» (Мф. 13, 36–39). В этом Христовом комментарии мы слышим противопоставление сынов Царства сынам лукавого. У израильтян не было вопросов, они знали, что именно они и только они — сыны Царствия. А весь прочий мир — сыны лукавого. Для них было всё предельно просто: если ты потомок Авраама через Исаака, то ты — доброе семя. А если нет, то — увы. Это была некая данность. Но мы помним и другие слова Спасителя: «Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов» (Мф. 8, 11–12).

Если сопоставить разъяснение притчи и только что процитированные слова Христа, то становится очевидным: представители израильского народа являются сынами царства по рождению и по призванию, но не по тому, как они на это призвание ответили. После того как Израиль не оправдал ожиданий, оказался глух к словам Воплотившегося Бога, не смог увидеть в Нём ожидаемого Мессию, сынами царства становятся уже не по происхождению, а по вере. А раз это так, то и вопрос определения плевел и пшеницы, сынов Царствия и сынов лукавого, становится очень непростым. Любой человек может оказаться как первым, так и вторым. Более того, тот, кто в какой-то период своей жизни был сыном Царствия может занять место сына лукавого. Справедливо и обратное: сын лукавого может стать сыном Царствия. Никто не может достоверно определить своё место в этой притче. Все мы колеблемся между добром и злом, колеблемся в своём отношении к Евангелию, исполняем то, что нам нравится и игнорируем неприятные и неудобные места. Что-то мы не знаем, что-то не понимаем, что-то от нас ускользает. Но ведь именно отношение к благовестию Христову и определяет кто ты: сын Бога или сын Его противника? Отношение же к Евангелию, интерес к нему — дело воли человека.

Когда-то с понуждением, когда-то с желанием, а когда-то и с равнодушием, но мы, если хотим быть пшеницей, детьми Божиими, должны в буквальном смысле погружать свой ум в текст этой книги, должны стремиться жить ей, углубляться в неё и, несомненно, исполнять то, что мы в ней находим.

Ту же самую мысль можно продлить и на любое наше действие. В христианстве нет и не может быть слов и дел, которые спасают автоматически. Всё зависит от направления нашей воли. Так и крестные хода — они могут быть как спасительными, так и гибельными. Зависит это, конечно же, не от крестного хода как такового, а от личного устроение конкретного участника крестного хода. Кто-то будет ближайшие дни пребывать в сосредоточенной молитве, а кто-то будет увлечён праздными разговорами, раздражением и осуждением, стремлением кому-то что-то доказать. Для первых крестный ход будет во благо, а вот со вторыми всё значительно сложнее и печальнее.

Я хочу пожелать вам, чтобы среди вас не было вторых, но были только первые!