Фредерика де Грааф: Смерть не последнее слово

Беседа с Фредерикой де Грааф, духовной дочерью митрополита Антония Сурожского, 20 лет несущей служение по сопровождению умирающих и их родных в Первом московском хосписе, — само по себе событие неординарное. Фредерика впервые побывала в Переславле, где посетила святыни и встретилась с сёстрами службы сестринского ухода «Помощь рядом». Виды в окрестностях Плещеева озера напомнили ей природу родной Голландии, а сам город вызвал ощущение затишья спокойной гавани. Наше общение с Фредерикой — это разговор по душам о вере, служении находящимся на одре болезни, молчании, смерти и вечной жизни во Христе.

— Фредерика, расскажите о своём визите в Переславль. Какие места вы успели посетить?

— За эти два дня у меня была очень насыщенная программа. Больше всего времени я провела в Феодоровском монастыре. Я заметила там очень тёплую атмосферу, все монахини и послушницы были очень милыми. Мне есть с чем сравнить: иногда в обителях довольно строгие инокини. А здесь все было по-доброму. Мне кажется важным, что на службе монахини стоят рядом с прихожанами, ведь они могут научить людей молиться. Доверительный разговор у нас состоялся с матушкой Даниилой (прим. — настоятельницей Феодоровского монастыря игуменией Даниилой (Севериненко)). В субботу мы встретились с переславскими сестрами по уходу в Даниловом монастыре. На Литургии я побывала в Сретенском храме, где служит духовник Центра святителя Луки отец Андрей. Посетила Красную площадь, помолилась в Никитском и Никольском монастырях, на могилке блаженного Миши-Самуила. Отдохнула и насладилась чудесным закатом в устье реки Трубеж. Всё было очень быстро, но дало толчок к тому, чтобы вернуться. Я бы очень хотела посетить ваш город снова, погулять здесь, никуда не торопясь. После Москвы это настоящий оазис мира, тишины и гармонии.

— За время вашего визита в Переславль вы достаточно много пересекались с сёстрами патронажной службы «Помощь рядом». Чем запомнилось вам это общение?

Ваше сестричество произвело на меня положительное впечатление. Я почувствовала открытость, желание слушать, чему-то учиться. И самое главное — в сёстрах есть какая-то легкость. Я очень чувствую энергетику. Когда люди закрыты, трудно говорить. Но вчера мне не было трудно. Это было по-настоящему живое и теплое общение. Я видела в их глазах искреннее желание помочь. Это было понятно и по вопросам, которые они задавали. Вы пошли по правильному пути, потому что соединили служение больным с молитвой. Сейчас в обществе есть тенденция — растёт количество соцработников. Это неплохо. Но это исключительно уход за больными. А просто быть добрым к человеку недостаточно, нужно быть во Христе, чтобы действовал Он, а не мы. Мы творим дела милосердия, чтобы дать раскрыться Христу. И только тогда возможно третье измерение — измерение глубины и содержания, бесконечности и вечности. «Без молитвы нет жизни», — любил повторять владыка (прим. — митрополит Антоний Сурожский). Надо просить Бога, чтобы он наполнил нас и мы смогли идти дальше и пропустить больных через себя к Нему.

— Что самое важное, на ваш взгляд, в уходе за тяжелобольными людьми, в общении с ними?

— Самое главное — открытость сердца. Здесь важно не попасть во власть своих эмоций, в центре должен быть именно страдающий человек. Владыка говорил, что даже если человек тебе не нравится, возможно, это бездомный или бывший заключённый, надо помнить, что он любим Богом. Каждый человек — образ Божий, и даже если мы этого не видим, мы должны верить в это. И часто именно эмоции лишают нас способности это узреть. Открытым наше сердце может быть, только когда мы становимся самими собой. Без этого не может состояться встреча с другим человеком. Утешить, говорит владыка, — это не плакать вместе, а быть рядом и помочь близкому лицом к лицу встретить всё то, что происходит. Важно осмысление страдания самим человеком. Не нужно говорить безнадежно больному, что вы вместе будете сажать на даче цветы, когда он прекрасно понимает, что это неправда. От фальши наступает ужасное одиночество, потому что больному приходится играть роль. Если родственники сами бегут от реальности, тогда можно с ними обсуждать, что это значит для их близкого, рассказывать, что в таком случае ему придётся один на один все пережить, а это может отрицательно влиять на его физическое и душевное состояние. У нас в хосписе долгое время лежал Виктор, у которого был рак позвоночника. Он и его жена Нина всегда говорили, что у него остеохондроз, хотя оба знали, что это не так. Я видела, как его супруга вытирала слезы, заходила в палату и натягивала на лицо улыбку, как бы показывая, что всё хорошо. Виктор однажды с тревогой посмотрел в эти заплаканные глаза. И в этот же день я сказала Нине: «Может, быть честной и сказать, что происходит?» Она ответила: «Да, я хочу, но боюсь. Будь со мной». Я не помню весь наш разговор, зато прекрасно помню, как Виктор сказал: «Я же с самого первого дня знал, что у меня не остеохондроз, а рак позвоночника». И тут они оба заплакали, обнялись, потому что спала стена фальши, преград больше не было, появились искренность, простота и понимание.

— В своём служении вы постоянно сталкиваетесь со смертью. Долгое время эта тема была табуированной. Ваша книга «Разлуки не будет» — это фактически размышление о том, как пережить смерть близких. А как самому человеку помочь встретиться со смертью?

— Митрополит Антоний был уверен, что почти всем людям страшно умереть в одиночестве. Он советовал: «Если хочешь помочь умирающему, просто будь с ним во Христе, и ничего особенного при этом делать не нужно». Владыка говорил, что необходимо довериться Богу и сказать: «Господи, Ты здесь, Ты во мне! Будь с нами!» Бывает, что родственники больного, которые редко ходили в храм, в таких случаях начинают тревожно молиться, читать акафисты. И тогда не слова молитвы доходят до больного человека, а именно их страх и тревога, что увеличивает его одиночество и ощущение беспомощности. Поэтому здесь требуется чуткость с нашей стороны, чтобы понять состояние пациента. А для этого нужно научиться «нюхать» человека, то есть глубоко вмолчаться, чтобы уловить, что происходит с ним на всех уровнях: физическом, духовном, душевном. Все наши трудности в том, что мы только говорим про Бога, но не бываем с Ним, не приобщаемся к Нему. А мы, напротив, должны стать причастниками Его Божественной природы через молитву и молчание. Слова и советы здесь не действуют. Чем больше мы внутри со Христом, тем сильнее человек может чувствовать нашу прочность, нашу тишину и веру без всякого слова, тем реальнее для него становится вечная жизнь, и тогда умирающему передается: «Не бойся. Мы вместе. Смерть не последнее слово».

— Сейчас мы стоим у истоков формирования сестричества милосердия в нашем городе. Несколько потоков слушателей прошли обучение в рамках проекта «Служба сестринского ухода «Помощь рядом» при поддержке Международного грантового конкурса «Православная инициатива – 2022». Часть из них в качестве волонтёров работает в Переславской ЦРБ. Какой бы совет вы могли дать сёстрам, которые только начинают свой путь служения?

— Самое важное, — но этого, к сожалению, никто не хочет, — научиться быть наедине с собой и с Богом. Важно не просто отсутствие слов, а внутреннее состояние молчания, чтобы услышать Бога и в Нём каждого человека, с которым ты будешь встречаться. Без этого ничего не будет. Люди боятся остаться наедине с собой, заполняя душевную пустоту компьютером, телефоном, телевизором. Владыка говорил: «Самый большой грех в нашем мире — это то, что мы живём поверхностно, не живём глубиной». Он советовал минут пятнадцать помолчать, прежде чем начать молиться. Эта подготовка, предваряющая молитву, помогает спокойно и тихо побыть в присутствии Бога, встретиться с собой в глубине. И тогда в сердце может наступить мир и тишина, а в этой тишине может говорить Бог. Научиться быть наедине с собой — самое важное, что ты способен дать людям. Мы не знаем, что с нами будет завтра, поэтому нужно учиться этому уже сейчас. Особенно остро встаёт такой вопрос, когда человек теряет всё земное: здоровье, работу, связи, деньги, — то есть он остается один на один с собой. Но он не умеет этого, потому что никогда так не делал, и это становится настоящей трагедией внутреннего одиночества. В состоянии слабости, страха и боли, а также под влиянием лекарств ему трудно научиться быть наедине с собой. Что касается сестринского ухода, то здесь три составляющих. Это обеспечение должного уровня физического ухода, постоянная работа над собой и вера в реальность вечной жизни, которая постигается через молитву, участие в Таинствах Церкви, чтение Священного Писания и передается окружающим людям. Страх смерти уменьшается, только когда ты знаешь, что идёшь в вечную жизнь — туда, где Тебя ждёт Господь. Однажды я спросила у владыки: «Почему вы никогда не говорите про ад?» Он задумался, посмотрел на меня своими глубокими-глубокими глазами — владыка умел очень глубоко смотреть внутрь человека — и ответил: «Такого Бога я не знаю».

P.S. После встречи Фредерика подписала свои книги для желающих. На двух экземплярах, которые достались мне, слова: «Радуйтесь, что сердцем можно приобщиться Христу» и «На помощь и на радость, что мы во Христе». И эта твёрдая вера в то, что мы во Христе даёт непоколебимую уверенность: разлуки не будет…